19 апр. 2017 г.

Новое в книжном мире

Владимир Медведев. Заххок. М.: Arsis Books, 2017
«Заххок» — редкий нынче роман,  в котором есть все и в правильных пропорциях: насыщенный событиями сюжет, богатая фактура, персонажи, говорящие разными голосами, хороший язык, аккуратное смешение событий недавней истории с вымыслом и даже цитаты из иранского эпоса — ему книга обязана своим загадочным названием. Действие происходит в девяностые годы в горах Памира.

После распада Советского Союза бывшие республики засасывает в воронку междоусобиц,  Таджикистан лихорадит гражданская война. Русская женщина с двумя детьми-подростками бежит из города в кишлак к родственникам погибшего мужа, но и там неспокойно. Во-первых, родственники не рады лишним ртам — жить в горах и без них тяжело. Во-вторых, в кишлак приезжают боевики, у которых свои интересы и свои порядки. Традиционный уклад горцев, недавние советские привычки и военные законы смутного времени сплетаются в сеть, где любое неловкое движение может привести к смерти.
Повествование ведут семь рассказчиков: городские подростки, местные жители, московский журналист, боевой командир и святой человек — каждый со своим голосом и мировидением, а это уже напоминает фильм Куросавы "Расёмон". Благодаря этой полифонии читатель как будто наблюдает за происходящим одновременно на нескольких мониторах, то и дело погружаясь в народные предания или получая информацию. 
Владимир Медведев сам долго жил в Таджикистане, сменил несколько профессий, от рабочего в геологическом отряде до учителя в кишлаке, и много лет работал корреспондентом в газетах. За каждым эпизодом чувствуется реальный опыт, а «техническое послесловие» с пояснениями укрепляет доверие, какое нечасто вызывают художественные тексты.
Маргарита Хемлин. Искальщик. М.: Corpus, 2017
Роман, вышедший через полтора года после смерти автора, — прощальный подарок поклонникам самобытного мира, созданного Маргаритой Хемлин в цикле текстов о жизни городка Остёр Черниговской области. Остёрские мальчишки Лазарь и Марик отправляются на поиски клада, но за одну ночь мир меняется и кладоискатели оказываются в водовороте исторических событий. Действие «Искальщика» происходит между 1917 и 1924 годами. Вместо сокровищ героям романа предстоит искать способы выживания, разбираться в запутанных семейных и политических связях, а заодно взрослеть.
Авантюрно-детективный сюжет чрезвычайно закручен. На первом плане, как было у Хемлин всегда, распускается всеми цветами причудливая разговорная речь, вот уж где настоящий клад. Остёр и Чернигов — неслучайно излюбленные места для событий книг писательницы: из этих мест происходят ее родители, а потому у её героев причудливая смесь русского, идиша и украинского языков. «Еврейская проза» Хемлин  напоминает рассказы Бабеля, только здесь меньше красок и больше иронии. А еще какие-то  несимпатичные персонажи, которым почти невозможно сопереживать, что бы с ними ни происходило. Язык переигрывает у Хемлин не только историю, но и человеческие характеры. Трудно вспомнить, кто еще способен на такой фокус в сегодняшней популярной по сути прозе.
Ольга Брейнингер. В Советском Союзе не было аддерола. М.: «Дружба народов», 2016 (в июне книга выйдет в «Редакции Елены Шубиной.
Повесть Ольги Брейнингер — долгожданная творческая реакция поколения, выросшего на оранжевых книжках серии «Альтернатива». Текст вышел в журнале «Дружба народов» еще в прошлом году, затем попал в длинный список премии «Национальный бестселлер» и не исключено, что так и останется по большому счету непрочитанным. А жаль — есть в этом немного неловком крике души то, что стоит услышать.
Главная героиня участвует в неком эксперименте века — программе нейроконфликтного программирования, о которой читатель толком так ничего и не узнает, основное содержание повести представляет собой воспоминания или конфликтные жизненные ситуации в условиях конца 90-х - начала 2000-х. Детство в Караганде до начала двухтысячных; юность в Германии, куда немецкая семья героини решает уехать за лучшей жизнью, не представляя, что значит быть беженцами; учеба в Оксфорде, где студенты постоянно сидят на таблетках, потому что должны быть сверхлюдьми; любовный роман с примесью безумия и авантюризма. 
Все это в большой степени автобиографично — по крайней мере точно известно, что писательница с немецкой фамилией родилась в Казахстане и училась в Оксфорде — и написано с живостью.
В финале повести    бунт детей глобализации, сидящих на нейростимуляторах,   История   постсоветского взросления молодого человека.  
Ричард Флэнаган. Желание. М.: Эксмо, 2017. Перевод Светланы Чуковой
Ричард Флэнаган — австралийский писатель, практически классик, который пришел к славе еще в 90-е, — писал романы, получал призы, был отмечен ведущими газетами и журналами, поставил фильм «Звук хлопка одной ладони», дошедший до Берлинале, и, наконец, в 2014-м получил Букеровскую премию. Премия это досталась Флэнагану скорее  по совокупности заслуг. Писателя нельзя было не отметить хотя бы потому, что главными его темами на протяжении двадцати с лишним лет были печальная судьба австралийских аборигенов и невеселая судьба иммигрантов, утраченное прошлое его родной Тасмании и, конечно, вина белого человека в том, что вся эта земля и история сгинули безвозвратно.
 «Желание» хитроумно (пожалуй, даже слишком) сплетает воедино несколько исторических сюжетов ХIХ века: выселение туземцев из Тасмании, тогда еще носившей название Земля Ван-Димена, пропавшая экспедиция Джона Франклина в Арктике на кораблях «Эребус» и «Террор», поисковая экспедиция леди Джейн Франклин и ее попытки отстоять репутацию мужа, и жизнь Чарльза Диккенса, которого увлечение пропавшей экспедицией приводит прямо в объятия актрисы Эллен Тернан. Среди героев романа есть и проповедник, бывший плотник, сомневающийся в Боге и веселый приятель Диккенса, начинающий писатель Уилки Коллинз.   Главная героиня —девочка Матинна, сирота, дочь туземного короля, которую забирает на воспитание строгая леди Джейн Франклин.
«Желание», несмотря на название, скорее роман идей, чем чувств, оживший исторический справочник с временами, событиями, датами. Все движения сюжета здесь предсказуемы.  Несмотря на предсказуемость и некоторую неровность, несмотря на то, что исторические персонажи вдруг оборачиваются довольно неприятными личностями. Трудно смотреть без отвращения на такого противного Диккенса, каким он предстаёт в романе,  да и леди Джейн в жизни была поинтереснее.   «Желание» довольно сильный и уж точно увлекательный роман. Он хорош для тех, кто готов воспринимать колонизацию, все эти сложные страницы британской и колониальной истории только как занимательный фон для развлекательного чтения. Как будто весь ХIХ век здесь — это застывший во льдах корабль, «замерший мир, ждущий освобождения».
Селеста Инг. Все, чего я не сказала. М.: Phantom Press, 2017. Перевод Анастасии Грызуновой
Лидия Ли, отличница и красавица, умирает на первых же страницах этой книги — и скорбящей семье предстоит сначала отыскать ее тело на дне озера, а затем попытаться понять, почему она там оказалась. Лидия — залюбленный ребенок в большой, не лишенной странностей семье. Для ее отца, сына китайских эмигрантов, Джеймса; для матери, американки Мэрилин, бросившей ради семьи мечты о научной карьере; для старшего брата Нэта; для младшей, позабытой всеми, Ханны, поиски причины окажутся путем к самим себе. Звучит чудовищно банально — но  так оно и есть. Дебютный роман Селесты Инг, вышедший в 2014 году и ставший «Книгой года» по версии Amazon, не стесняется собственной банальности, а как бы выпячивает ее. Смотрите, вот у меня китаец, страдающий от осознания своей вечной чуждости. Смотрите, вот у меня неблагополучная семья. Вот женщина, которая разрывается между мечтами о профессиональной карьере и поваренной книгой как символом семейного благополучия. Вот дети, которых убивают родительские мечты об их будущем. 
С этого места действительно становится интересно. Селеста Инг хороша не освещением расовых проблем Америки, не способностью выстроить крепкий триллер (исчезновение ребенка, тайна его настоящей идентичности, маленький городок, таинственная смерть), а тем, что перекладывает в беллетристику, и довольно бойко  множество бестселлеров о воспитании детей, которые входят в список обязательного чтения современного родителя. Она пишет о том, что родительских ожиданиях, о  ребенке, который старается соответствовать этим ожиданиям в тоске по материнской любви, о том, как избыток любви может быть столь же губителен, как и ее отсутствие. И получается в итоге не то чтобы душещипательное, но душеполезное чтение: всех немного жаль, никого не жаль по-настоящему. 
 Хелен Макдональд. «Я» значит «ястреб». М.: АСТ, 2017. Перевод Нины Жутовской
 Роман Хелен Макдональд «„Я” значит „ястреб”» на каждой странице оправдывает свои обещания: фон всегда так же хорош, как когда вы открыли первую страницу или даже когда читали аннотацию на обложке. И тут тот самый случай, когда значимость книги хочется доказывать только цитатами из нее, все прочие слова, сказанные о «Ястребе», как будто могут принизить его притягательность. Чтение тут становится таким же опытом предельной сосредоточенности, крайне напряженным переживанием, каким  стало для Макдональд сочинительство: «Когда мне было шесть, я пыталась спать со сложенными за спиной руками, как птица. Правда длилось это недолго, потому что спать таким образом очень трудно. Позже, когда я увидела изображения древнеегипетского бога Гора с головой сокола, такого фаянсово-бирюзового, с идеально выведенной усоподобной полоской под большими, глядящими прямо в душу глазами, меня охватил странный религиозный трепет. Это был мой бог, а не тот, которому мы молились в школе».
Этот роман-автобиография рассказывает, как после смерти отца героиня отправляется на поиски «чего-то существенного», чтобы компенсировать потерю. Она всю жизнь увлекалась птицами и теперь погружается в почти безумные сны-фантазии о ястребе-тетеревятнике — кровожадной птице, известной своим крутым нравом и требующей почти полной подчиненности, если не послушания. Главным сюжетом здесь становится изначальная одержимость, несомненное безумие героини и выход к свету через это безумие. В том числе и с помощью чтения: дрессируя ястреба Мейбл, Макдональд перечитывает найденную еще в детстве книгу Терренса Хэнбери Уайта  «Ястреб-тетеревятник». Уайт — полная противоположность героини романа: подозрительный, мрачный человек с садистскими наклонностями, ненавидящий птицу, которую дрессировал, — но даже в нем Макдональд находит тягу к чудесам, восхищение природой, детскую радость любви. Собственно, между этими крайностями и проходит собственный путь Макдональд к новому рождению — абсолютное уединение в чтении и абсолютное растворение в природе. Все другое оказывается здесь ненужным и лишним. Экстремальный опыт, который при этом довольно легко примерить на себя, — такое в современном романе встречается редко, но интересно читателю всегда.

Е. Е. Войтинская 

Комментариев нет:

Отправить комментарий